0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Содержание

Как стать донором органов

Как продать свою почку. Десять вопросов о донорстве органов

О донорстве органов в России знают на удивление мало, складывают городские легенды и пугают рассказами о том, как сердце, почки и печень забирают, когда сердце человека еще бьется. Вместе с трансплантологом Михаилом Каабаком и реаниматологом Вячеславом Афончиковым «Сноб» разбирался, как все устроено на самом деле

Поделиться:

1. Нужно ли заявлять о своем желании стать донором после смерти?

В России, как и во многих других странах, действует презумпция согласия. Это означает, что каждый взрослый дееспособный гражданин после смерти считается потенциальным донором. Тем не менее можно заявить о своем желании или нежелании сделать последний подарок и спасти чью-то жизнь. Согласно закону «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», достаточно просто сказать об этом при свидетелях, письменное заявление придется заверить у нотариуса или руководителя больницы. Об эффективности такой системы сложно судить, и уже несколько лет ведутся разговоры о создании федерального регистра волеизъявлений граждан, но пока ничего подобного не существует.

2. Могут ли родственники запретить использование органов умершего?

Родственники имеют право вмешаться, если человек не заявил о своей воле при жизни. Врачи должны предпринять попытку сообщить родственникам о смерти их близкого, прежде чем приступать к изъятию органов. При этом закон не обязывает врачей спрашивать, не возражают ли родственники против донорства. Никто не учит врачей разговаривать на такие темы и не требует, чтобы они это умели. Из-за этого нередко возникают конфликты.

«Если нам по телефону сказали, что не возражают против донорства, а потом утверждают, что были категорически против, то никто ничего доказать друг другу не может, — рассказывает заместитель главного врача по анестезиологии и реанимации Санкт-Петербургского НИИ скорой помощи им. И. И. Джанелидзе Вячеслав Афончиков. — Порой есть разногласия между родственниками, и что в таком случае должен делать врач, кого слушать? Как фиксировать волеизъявление? Совершенно непонятно. И ничего не поменяется, пока не появится единый регистр, куда люди смогут вносить сведения о своей воле. А на враче ведь еще лежит ответственность, нужно психологически подготовить родственников к смерти близкого человека, если состояние безнадежное. Это трудно, многие в такой ситуации будто не воспринимают негативную информацию, и требуется терпение и такт, иначе родственники могут, например, подумать, что мы рукой махнули, а это не так, разумеется».

3. Могут ли врачи забрать органы у живого человека?

Прежде чем изъять органы, врачи должны констатировать биологическую смерть или смерть мозга. Вне реанимации гибель мозга приводит к остановке сердца и дыхания (биологической смерти), но с помощью интенсивной терапии функции сердца и легких можно поддерживать несколько дней. Для констатации смерти мозга существует специальный порядок, требования к процессу диагностики очень строгие.

4. Как диагностируют смерть мозга?

Собирается консилиум, врачи изучают историю болезни, минимум шесть часов наблюдают за пациентом, проводят компьютерную томографию, проверяют, может ли человек дышать самостоятельно (для этого на какое-то время отключают от аппарата искусственной вентиляции легких). Нередко проводят дополнительные проверки и исследования. Например, если у пациента наблюдается спинальный автоматизм — движения руками или ногами. Это рефлексы, которые замыкаются на уровне спинного мозга, а его активность повышается, когда головной мозг перестает функционировать и оказывать тормозное влияние.

У порядка, в котором устанавливается диагноз смерти мозга человека, есть недостатки. «По инструкции, если мы вводили пациенту седативные препараты, то потом должны выждать от 20 до 100 часов и только потом начинать процедуру диагностики смерти мозга, — говорит Афончиков, — Почему столько? Никто не знает, так Минздрав решил. Только если мы 100 часов ждать будем, получим гнойные осложнения и потеряем донора. А если будем только 20 часов ждать, то завтра придут люди в погонах и спросят, почему так мало. И вот тут нам приходится импровизировать. Мы проводим токсико-химические исследования и ждем, когда получим анализ, который покажет, что препарата в организме уже нет».

Иллюстрация: GettyImages

5. Можно ли стать донором органов при жизни?

При жизни можно стать родственным донором, поделившись почкой или кусочком печени со своим ребенком, кем-то из родителей, сестрой или братом. При этом ни мужу, ни жене отдать эти органы нельзя. И для родственника, и для незнакомого человека, и даже для самого себя можно стать донором костного мозга. Чтобы проверить, подходит ли костный мозг для пересадки, у потенциального донора берется на анализ кровь и проводится типирование. Во многих городах можно сдать анализ и зарегистрироваться в базе добровольцев, которые потенциально готовы передать костный мозг незнакомым людям.

6. Можно ли продать или купить органы?

Легально в России нельзя ни продать, ни купить органы. При этом люди постоянно обращаются в клиники и предлагают свои почки. «Как правило, продавцы становятся жертвами мелких мошенников: им предлагают заплатить несколько тысяч рублей за анализ на совместимость, и на этом все заканчивается», — рассказывает доктор медицинских наук, руководитель отделения пересадки почки Российского научного центра хирургии им. академика Б. В. Петровского РАМН Михаил Каабак.

7. Могут ли ВИЧ-положительные люди стать донорами и реципиентами?

Реципиентом могут, а донором нет. «Помимо ВИЧ донорству препятствуют гепатиты, — говорит Михаил Каабак. — Это, разумеется, глупость, в развитых странах дела обстоят иначе, российские профессиональные сообщества давно выступают за отмену этих ограничений. Но, к сожалению, ничего не меняется».

8. Может ли человек, которого не опознали, стать донором?

С точки зрения этики одинаково плохо использовать органы того, кто не хотел стать донором, и не учитывать волю человека, который этого желал. Но в случае с пациентом, которого не смогли опознать, у врачей нет выбора: забирать органы запрещает закон. «Это чисто юридическое. Например, по закону иностранные граждане донорами быть не могут. А если опознать человека нельзя, то и определить гражданство тоже, даже когда наличие татуировки на правом предплечье “Не забуду мать родную” со всей очевидностью указывает на то, что пациент наш земляк», — говорит Вячеслав Афончиков.

Читать еще:  Почки симптомы болезни и лечение народными средствами

9. Разрешено ли в России детское посмертное донорство?

Детское донорство не было запрещено, но для того, чтобы использовать органы, у ребенка нужно диагностировать смерть мозга, а порядок проведения этой процедуры был утвержден лишь год назад. Сейчас юридических препятствий для детского донорства нет, но реальных случаев пока не было.

«Думаю, можно ожидать, что это случится в ближайшие месяцы, — считает Михаил Каабак. — Детское посмертное донорство необходимо для трансплантации сердца детям, важно для трансплантации печени. И это удел развитых обществ, поскольку помимо помощи реципиентам дает утешение людям, потерявшим ребенка в результате травмы или болезни. За последние три месяца я дважды сталкивался с ситуациями, когда родители умирающего ребенка искали такую возможность».

10. Что изменится, если будет принят новый закон о донорстве?

Если будет принят новый закон «О донорстве органов человека и их трансплантации», то врачей обяжут предпринять попытку сообщить родственникам умершего о его смерти до того, как приступить к изъятию органов.

«Закон пишется так, что остается вероятность, что мои действия будут истолкованы как противозаконные, — комментирует Вячеслав Афончиков. — Где взять контакты родственников? Что делать, если не дозвонился?»

Кроме того, должна появиться система регистрации волеизъявлений граждан. Еще закон обязывает вести электронный регистр доноров и реципиентов. Теоретически это должно навести порядок в распределении органов, сейчас в стране нет даже общего листа ожидания трансплантации, лишь региональные.

«Принципы распределения органов должны быть справедливыми и понятными, и у общества должна быть возможность проверить, соблюдаются ли эти принципы, — говорит Михаил Каабак. — К сожалению, разрабатываемый Минздравом электронный регистр не позволяет осуществлять контроль за этой системой».

Посмертное донорство в теории и на практике

В России многократно нарастает натиск лоббистов так называемого «посмертного» донорства…

Современная реальность зачастую такова, что открытыми глазами взглянуть на неё страшно. В информационную эпоху человек оказался не готов к этим вызовам, ему уже становится не по силам не только разобраться в происходящем, но даже порой просто зафиксировать изменения, скорости которых запредельно высоки.

Одной из самых острых проблем последнего времени является т.н. «посмертное» донорство. К сожалению, настоящую правду о нём многие узнают, лишь столкнувшись с ним в своей личной ситуации.

При этом важно подчеркнуть, что речь не идёт обо всей трансплантологии, которая даёт возможность помочь тяжёлому больному, пересадив трупную или родственную почку или костный мозг — здесь всё открыто, и все понимают, что именно происходит. «Посмертное» донорство — иная сфера, в которой изначально заложены ложные посылы и извращённые основания.

Когда нам говорят о том, при этом процессе органы жертвуются тогда, когда, по определению, они уже не нужны, и даже ссылаются на «одобрение Церкви», правда, католической — мол, в Испании на дверях церквей размещались таблички с надписью: «Не берите свои органы на небо. Оставьте их здесь, они пригодятся на земле», — то осуществляют громадную мистификацию, потому что в реальности никакого посмертного донорства не существует.

Создаваемое на наших глазах ложное понятие о т.н. «посмертном» донорстве базируется на двух принципах — «смерть мозга равна смерти человека» и «презумпция неиспрошенного согласия».

Это — принципиальное отличие от наших прежних представлений о смерти человека: если прежде он считался мёртвым, когда у него не было дыхания, сердцебиения, отсутствовали рефлексы, зрачок не реагировал на свет, присутствовало трупное окоченение и трупные пятна, то с принятием новых критериев, для «зачисления в покойники» стало достаточно быть без сознания, хотя и дышать при этом.

Причиной «смерти мозга» (комы) может стать авария, травма головы, инсульт, отравление токсическими веществами, эндокринный криз; при этом постепенно из зоны внимания врачей исчезло представление об обратимом или необратимом характере комы.

Ещё не мёртвый, но уже и не живой

В сфере медицины вдруг неожиданно образовалась новая «форма жизни»: человек ещё жив, но врачами уже сочтён мёртвым — он переходит в разряд потенциальных доноров; а если его некому защитить, то он становится донором реальным, и тогда у него можно совершенно законно забирать его органы.

У мёртвого в прежнем, традиционном понимании, человека можно было забрать для пересадки только почку, поскольку это единственный орган, который выдерживает отсутствие кровоснабжения в течение 15 минут; применение критерия «смерти мозга» позволило создать «мультиорганное донорство».

В навязываемом цивилизации «посмертном» донорстве человек принципиально должен быть жив — только тогда его органы пригодны для пересадки.

Изменение цивилизационного кода началось относительно недавно: в 1968 году в США были приняты «Гарвардские диагностические критерии смерти мозга», в 1968 и 1983 гг. появилась и была дополнена «Сиднейская декларация относительно смерти», в 1983 г. — «Венецианская декларация о терминальном состоянии», а в 1972 году Американская неврологическая ассоциация признала базовой концепцию смерти мозга, устанавливающую смерть человека единственно по факту смерти мозга.

В 1991 г. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) приняла «Руководящие принципы трансплантации человеческих клеток, тканей и органов», определившие последующую практику трансплантологии и соответствующее законодательство во всем мире.

В 2008 г. была принята «Стамбульская декларация о трансплантационном туризме», в которой трансплантологи заявили, в частности, что мир находится в состоянии «глобального дефицита донорских органов», и что «каждая страна должна гарантировать осуществление программ, предупреждающих этот дефицит».

В России нормы «посмертного» донорства были законодательно закреплены в законе №4180-1 «О трансплантации органов и (или) тканей человека» (1992 г.) и №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (2011 г.).

«Посмертное» донорство в России

Если по прежним нормам в России из человека можно было «получить» всего шесть органов, то в 2015 г. согласно совместному Приказу Минздрава России и РАН № 367/3 «Об утверждении перечня объектов трансплантации», этот список увеличился до 50 позиций: амниотическая оболочка; белочная оболочка яичка; васкуляризированный комплекс мягких тканей, включающий дермальный слой кожи, подкожную жировую клетчатку и мышцы; верхняя конечность и её фрагменты; височная фасция; глазное яблоко (роговица, склера, хрусталик, сетчатка, конъюнктива); кишечник и его фрагменты; комплекс сердце-лёгкое; кости свода черепа, костный мозг; лёгкое, нижняя конечность и её фрагменты; нижняя челюсть; печень; поджелудочная железа с 12-перстной кишкой; подкожно-жировая клетчатка подошвенной области стопы; почка; селезенка; сердце; серозная капсула печени; сосуды (участки сосудистого русла); трахея; фиброзная капсула почки; эндокринные железы (гипофиз, надпочечники, щитовидная железа, паращитовидная железа, слюнная железа, яичко).

Тогда же появился «Приказ Минздрава РФ, Российской академии наук от 4 июня 2015 г. N 307н/4 г. «Об утверждении перечня учреждений здравоохранения, осуществляющих забор, заготовку и трансплантацию органов и (или) тканей человека», определивший 65 медучреждений страны (против прежних 20), которые отныне могут забирать органы, и 34 учреждения, в которых эти органы будут пересаживать.

Читать еще:  Раздвоение почки и чем оно грозит

В июне 2015 г. был принят «закон Калашникова» о создании баз данных потенциальных доноров и их органов.

Сейчас в Москве и Санкт-Петербурге существуют Координационные центры органного донорства, на базе которых созданы бригады трансплантологов; полным ходом идёт подготовка к открытию такого Центра в Сургуте.

По первому сигналу о поступившем потенциальном доноре, бригады трансплантологов выезжают из Центра в больницы, осуществляют кондиционирование (реанимацию) органов, подлежащих пересадке (но не человека), за что, в отличие от реаниматологов, получают надбавку, и в нужный момент изымают их.

В прошлом году в России произошло несколько резонансных случаев, связанных с посмертным донорством: в отделении реанимации, практически на глазах у родственников, людей «разобрали на органы», и виновных не оказалось, потому что «всё было по закону».

В «Руководящем принципе ВОЗ» №5 предусмотрен запрет на продажу органов и тканей, но по факту во всём мире «посмертное» донорство стало весьма криминализированной сферой бизнеса, что проявляется, в первую очередь, в зонах вооруженных конфликтов, например, в Югославии, на Украине; в России в 2003 г. много шума наделал скандал с забором почек у живого человека специалистами Координационного центра в московской больнице №20.

Согласно Приказу от 25 декабря 2014 г. N 908-н «О порядке установления диагноза смерти мозга человека», с 1 января 2016 г. в России посмертными донорами стали дети с 1 года.

Зачем трупу наркоз?

В 2005 г. в Германии было создано общественное движение КАО, объединяющее родителей, давших согласие на изъятие органов у своих детей, попавших в аварию или иную ситуацию, повлекшую кому.

Движение основали родители, поверившие врачам, что их попавший в автокатастрофу 15-летний сын уже не жилец, и давшие согласие на изъятие у него органов. Когда на похоронах они увидели по лицу сына, что он страшно страдал перед смертью, они не могли себе простить этого своего согласия. Дальнейшую жизнь они посвятили тому, чтобы оповещать родителей, как на самом деле выглядит «посмертное» донорство. Среди прочего они добиваются того, чтобы общество «признало смертность человека» и «отказалось от медицины, которая использует смерть одного пациента для лечения другого».

При «посмертном» донорстве 97% организма по-прежнему живо, и вот этого ещё живого человека рассекают сверху донизу продольным движением или крестообразно, и достают из него ещё работающие органы, бьющееся сердце, дышащие лёгкие. Человек при этом ещё чувствует боль, у него продолжают функционировать органы, железы выделяют секрет, сохраняются рефлексы.

В Германии некоторые врачи, не желая сталкиваться с попытками отбиться, с судорогами так называемого «трупа» во время изъятия у него его органов, всё-таки дают ему наркоз или вводят обезболивающие. Закономерный вопрос: если это труп, то зачем ему наркоз, а если дают наркоз, то труп ли это?

Все «заранее согласны»

Второй базовый принцип «посмертного» донорства предполагает согласие потенциальных доноров на изъятие у них органов. В мире приняты две формы такого согласия — презумпция «испрошенного согласия» (как в Великобритании), когда человек сам пишет заявление о желании стать донором, и презумпция «неиспрошенного согласия», когда человек не только ничего не пишет, но зачастую даже и не подозревает о чьём-то намерении забрать его органы.

В России с 1992 г. действует презумпция «неиспрошенного согласия», и мы все являемся потенциальными «посмертными» донорами «по умолчанию».

По этому поводу в «Основах социальной концепции Русской Православной церкви» сказано: «Неприемлемо сокращение жизни одного человека, в том числе через отказ от жизнеподдерживающих процедур, с целью продления жизни другого. (…)

Так называемую презумпцию согласия потенциального донора на изъятие органов и тканей его тела, закрепленную в законодательстве ряда стран, Церковь считает недопустимым нарушением свободы человека.

Донорские органы и ткани усвояются воспринимающему их человеку (реципиенту), включаясь в сферу его личностного душевно-телесного единства». XII.7.

К сожалению, Конституционный суд РФ дважды (2003 и 2016 гг.) пренебрёг нравственной нормой и мнением граждан и поддержал законность ст. 8 «Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей» Закона РФ от 22 декабря 1992 года № 4180-I «О трансплантации органов и (или) тканей человека».

Возможность отказа от перспективы стать «посмертным» донором весьма невнятно прописана в законе №-ФЗ №323 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»: это может быть нотариально заверенный отказ или отметка, внесённая в медицинскую карту за подписью главврача.

Как это поможет в ситуации аварии, катастрофы, а также инсульта, тяжёлой травмы, в том числе, во время нахождения на пляже, в бане и проч.? Возможно, самым действенным средством стала бы только татуировка на лбу…

Между тем, по мнению известного исследователя Сэма Парнии, на основании наблюдения за 2060 пациентами, перенесшими остановку сердца в 15 больницах в Великобритании, США и Австралии, «смерть — не момент, а процесс, и его сроки и окончание – не в нашей власти».

Блицкриг «посмертного» донорства в России

Итак, в 2015 г. в России произошёл блицкриг по продавливанию новых псевдо-норм в нашу жизнь. Были приняты законы о создании баз данных доноров (регистров), о снятии с доноров возрастных ограничений, о расширении списка изымаемых органов, об увеличении количества больниц, в которых эти органы могут забирать.

На подходе законопроект Минздрава о донорстве, который введёт новую профессию — трансплантационного координатора; создание сети трансплантационных координаторов позволит создавать логистику для изымаемых органов и регулировать их потоки.

Также своего часа в Госдуме ждёт законопроект №717040-6 «О биомедицинских клеточных продуктах», предполагающий использование тканей эмбрионов для изготовления лекарств.

При этом обществу не перестают внушать, что «посмертное донорство» — процесс, осуществляемый с телом после наступившей смерти, и что это очень благородно — дать своё согласие на передачу собственных органов другому человеку. Не зная истинной картины того, как выглядит «посмертное» донорство, человек хочет верить, что это благое дело. Мол, я умер, мне уже это не надо — ну, пусть хоть другому послужит.

Моменты рождения и смерти человека — это сакральные моменты в сознании любого человека, в сознании общества, которые всегда были таинством, и их суть знает один Творец. Но теперь в этом месте вдруг возникает некто в белом халате и говорит: «Спасать человека слишком затратно, а пустить в дело то, что ещё от него может пригодиться — наоборот, рентабельно».

Вот это как раз и есть зримые признаки расчеловечивания: общество теряет человеческие основания, свои традиционные ценности; на смену им приходит т.н. «экономическая целесообразность», когда «всё — на продажу».

Цивилизация подошла к этапу, когда те, кто сильней, режут живых людей, которые не могут за себя постоять, не могут дать сдачи, не могут отбиться, не могут защититься. При таком подходе вырождение человечества — это реальная и неминуемая перспектива.

Подводя итог, нужно подчеркнуть, что донорство от живого донора, родственное донорство, явления, сами по себе, действительно, благородные и не могут быть источником тревоги: человек сам определяет свою готовность послужить ближнему и контролирует все связанные с этим решением риски и обстоятельства.

Читать еще:  Баралгин при почечной колике

Но в ситуации продвижения т.н. «посмертного» донорства общество цинично и беззастенчиво обманывают, и никакие высокие слова при этом не могут служить оправданием.

Нужно отказаться от презумпции согласия, рассказать людям правду о т.н. «посмертном» донорстве, раскрыть детали и описать механизмы этого процесса, и только после этого предложить каждому сделать свой осознанный выбор.

И, конечно же, нужно отменить понятие «смерть мозга» как эквивалент окончания жизни человека.

Донорство органов в России: 8 особенностей, о которых нужно знать

Ежегодно в России производится около полутора тысяч операций по пересадке донорских органов. Это в разы меньше, чем в США, Великобритании, Бразилии и многих других странах. Развитию лечения методом трансплантации препятствуют не только устаревшие законодательные акты, но и слабая информированность граждан в этой области.

Мы ознакомим читателей с данными, которые представляются наиболее важными для понимания особенностей трансплантологии в России.

Презумпция согласия

Законодательство РФ в отношении донорства основано на презумпции согласия. Это означает, что любой скончавшийся дееспособный гражданин является кандидатом в доноры. В то же время у каждого россиянина есть право сообщить о своем желании или нежелании отдать на пользу людям свои органы и ткани после смерти. Данное заявление может быть устным (высказанным в присутствии двух свидетелей) или письменным. В последнем случае оно должно быть заверено нотариусом или главным врачом больницы.

Нужно отметить, что россияне очень редко оглашают свою волю по поводу посмертного донорства. Кроме того, в стране пока не создан федеральный регистр подобных заявлений, так что эту систему сложно назвать эффективной.

Права родственников умершего донора

Это один из наиболее проблемных аспектов посмертного донорства. По действующему законодательству, родственники покойного при отсутствии его прижизненного согласия имеют право воспротивиться изъятию органов с целью трансплантации. Однако закон никак не регламентирует действия врача в такой ситуации. Доктор должен сообщить людям о смерти или предсмертном состоянии близкого человека, но беседу о возможности посмертного донорства он проводить не обязан. Получается, что родственники умершего (умирающего) человека должны поднимать данный вопрос по собственной инициативе. Стоит ли говорить о том, что в большинстве случаев они не способны это сделать (из-за недостаточной информированности или вследствие тяжелого эмоционального состояния). Кроме того, родственники покойного могут иметь разные взгляды на посмертное донорство, а закон не объясняет, мнение кого из них должно быть решающим для врача. В такой ситуации неизбежны конфликты, которые наносят вред и медицинскому персоналу, и родным усопшего.

Правила диагностики смерти донора

Этот момент прописан в законе наиболее четко: органы могут быть изъяты только в том случае, если у человека констатирована смерть мозга или биологическая смерть, то есть остановка дыхания и сердцебиения. Дело в том, что смерть мозга не всегда означает прекращение всех жизненных функций организма: в условиях реанимации сердцебиение и дыхание можно поддерживать с помощью аппаратуры несколько дней.

Время начала процедуры констатации смерти мозга зависит от диагноза и лечения, которое получал больной (в частности, от лекарственных препаратов, которые ему вводили). Для диагностики смерти мозга должен собраться специальный консилиум. Его члены изучают историю болезни и проводят исследования, призванные установить наличие или отсутствие мозговой активности (компьютерную томографию головного мозга, проверку возможности самостоятельного дыхания и т. д.). Решение о смерти мозга не может быть принято раньше чем через 6 часов наблюдений за пациентом.

Впрочем, многие трансплантологи утверждают, что и данная часть законодательства несовершенна. Достаточно того, что для больных, которым водили седативные препараты (а к указанной категории относятся практически все пациенты реанимационных отделений), процедура диагностики смерти мозга должна быть отложена минимум на 20 часов. По мнению врачей, за это время в организме начинаются процессы распада, и к моменту принятия решения о возможности изъятия органы уже становятся непригодными для пересадки.

Прижизненное донорство

Российское законодательство предполагает возможность прижизненного родственного донорства. Не возбраняется пересадка органа или ткани ребенку, родному брату или сестре, одному из родителей (но не мужу или жене).

Исключение составляет донорство костного мозга: им можно поделиться с любым человеком, которому материал подойдет по показателям тканевой совместимости. Существует общероссийская база данных доноров костного мозга. Чтобы зарегистрироваться в ней, достаточно сдать анализ крови на типирование. Лаборатории, делающие такие исследования, есть во многих городах.

Возможность покупки органов

Платное донорство органов в России полностью запрещено. Все предложения подобного рода являются криминальными.

Донорство при ВИЧ

Лица, инфицированные вирусом иммунодефицита человека, не имеют права становиться донорами. Этот запрет распространяется на больных вирусными гепатитами B и C, а также на пациентов со злокачественными новообразованиями.

Неопознанные доноры

Запрещено изъятие органов у людей, которых не удалось опознать после смерти. Причины запрета не связаны ни с медицинскими, ни с морально-этическими соображениями. Юристы ссылаются на законодательную норму, согласно которой донорами могут становиться только россияне, а определить гражданство человека, который скончался неопознанным, не представляется возможным.

Детское донорство

До недавнего времени маленькие россияне, нуждавшиеся в пересадке донорских органов, могли рассчитывать лишь на помощь зарубежных клиник. Изъятие органов у умерших детей не было запрещено, но практически не осуществлялось, поскольку процедура диагностики смерти мозга у таких пациентов не была законодательно регламентирована. В 2015 году это упущение было исправлено, и врачи получили возможность изымать органы пациентов, умерших в возрасте от 1 года до 18 лет. Разумеется, данные процедуры можно проводить только с информированного и письменно оформленного согласия родителей покойного.

Отношение большинства россиян к посмертному донорству можно охарактеризовать как негативное. Согласно результатам социологических опросов, около 20% наших сограждан не желают завещать свои органы для трансплантации по религиозным соображениям, хотя ни одна из официальных религий донорство не осуждает. Особенно тревожным представляется тот факт, что почти 40% респондентов не решаются дать согласие на посмертное изъятие органов из опасения, что их волеизъявление станет причиной недобросовестного оказания медицинских услуг или вообще спровоцирует криминальные действия врачей.

Очевидно, что причиной подобного отношения к чрезвычайно важной проблеме является несовершенство законодательства. С 2015 года существует законопроект «О донорстве органов человека и их трансплантации», подготовленный Минздравом, но до сих пор не рассмотренный Госдумой РФ. Этот документ отчасти восполняет пробелы в законодательстве. Например, он содержит положения об организации федерального регистра волеизъявлений потенциальных доноров, отсутствие которого препятствует использованию даже тех ограниченных возможностей, которые сейчас имеются у отечественных трансплантологов. Ожидается и создание общероссийского регистра реципиентов (сегодня медики располагают только региональными листами ожидания). Впрочем, по мнению специалистов, данный законопроект содержит и нормы, которые будут не столько облегчать, сколько усложнять положение пациентов, нуждающихся в трансплантации. В частности, в список органов, разрешенных для изъятия, опять не включена почка, а именно ее пересадка показана огромному количеству больных.

Число людей, нуждающихся в трансплантации органов, всегда будет превышать количество потенциальных доноров. В нашей стране эта проблема стоит особенно остро, и ее решение, к сожалению, – дело весьма отдаленного будущего.

Видео с YouTube по теме статьи:

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector